Сорок и сорок — рупь сорок

В Уголовном кодексе Украины есть такая норма: если человек, осужденный судом за совершение какого-нибудь преступления, виноват еще и в другом преступлении, которое он совершил до этого приговора суда, то в срок приговора засчитывается наказание, отбытое им частично или полностью по раннему приговору.
Уголовном кодексе Украины есть такая норма: если человек, осужденный судом за совершение какого-нибудь преступления, виноват еще и в другом преступлении, которое он совершил до этого приговора суда, то в срок приговора засчитывается наказание, отбытое им частично или полностью по раннему приговору.
Предположим, что человек угнал автомобиль, успешно его продал и на вырученные деньги жил некоторое время. Милиция не дремала, в течение месяца нашла угонщика и поместила в изолятор временного содержания. Суд отправил обвиняемого в СИЗО. Уголовное дело по угонщику попало в суд, и подсудимого приговорили к трем годам лишения свободы. Сидит человек уже полтора года в колонии, и тут выясняется, что ранее он совершил еще и другое преступление: сильно избил вора, пытавшегося ограбить его дом. Этого человека вывозят из колонии и переводят в СИЗО, откуда его конвоируют в суд по новому уголовному делу. В итоге, через полгода ему выносят приговор: четыре года лишения свободы за нанесение тяжких телесных повреждений. По математике — три года плюс четыре года равно семи годам. Но по ч. 4 ст. 70 Уголовного кодекса идет поглощение менее строго наказания более строгим, и из четырех лет лишения свободы отнимается срок, который человек уже отсидел за угон автомобиля. Итого, полтора года он отсидел по приговору первого суда — за угон, еще полгода отсидел в СИЗО, пока ждал приговора второго суда — за нанесение тяжких телесных. Это все отнимаем от общего срока, предусмотренного наказанием (четыре года), и получаем, что человеку осталось сидеть два года. Эта норма является фундаментальной для украинского правосудия. Если ее исключить, то большинство преступников уже никогда не выйдут на свободу, и украинское уголовное законодательство приобретет форму американского, где наказание суммируется по всем предъявленным обвинениям. Например, в прошлом году главарь банды сомалийских пиратов Мухаммед Сааили Шибин был приговорен к (а ведь хватило бы и одного) пожизненным тюремным заключениям.
Украине же, где по идее исповедуется система исправления человека, а не только система его наказания, работает принцип поглощения наказания более суровым.
Точнее, такой принцип работал раньше. 1 февраля 2013 г. судья Каланчакского районного суда (Херсонская область) Игорь Максимович вынес доселе невиданное в истории украинского правосудия решение. Он не только отменил норму поглощения, на которой зиждется уголовное производство, но и спустя неделю после оглашения приговора вынес постановление, которым изменил приговор суда. Но сначала небольшая предыстория. Александр Дедеш оказался не в то время и не в том месте. В мае 2009 он стал свидетелем убийства: его сосед убил молотком своего неприятеля-наркомана. Однако милиция, возбудив дело по ст. 115 УК Украины (умышленное убийство), поехала задерживать не убийцу, а Александра Дедеша. Очень быстро для подозреваемого была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, и уголовное дело было передано в суд. Все шло к тому, что Александр в свои 60 лет получит долгую командировку в лагеря, однако в зале суда убийца признался в том, что это он совершил убийство, а Александр Дедеш сидит по ошибке. Дело было переквалифицировано. Убийце было предъявлено обвинение в превышении необходимой самообороны, а с Александра Дедеша снято обвинение в убийстве, но, благо, милиционеры заранее «подстраховались». В квартире Дедеша при обыске был найден пакет с марихуаной. 16 марта 2010 г. убийца получил полтора года условно, Александр Дедеш — один год ограничения свободы (суд решил ограничиться отбытым в СИЗО почти полтора года ареста) и оплата экспертиз на сумму около 500 грн. В июле Александр Дедеш совершил новое преступление. Драка с таксистом была квалифицирована милицией по ч. 1 ст. 189 (вымогательство) и ч. 4 ст. 296 (хулиганство) УК Украины. 21 января 2011 г. Скадовский районный суд Херсонской области приговорил Александра Дедеша к трем годам лишения свободы (в дальнейшем назовем это —по «хулиганке»). И в мае он был этапирован в колонию.
Тем временем прокуратура подала кассацию на приговор по ст. 309, и Верховный Суд Украины отправил дело на новое судебное рассмотрение уже новым составом суда. Таким образом, в Скадовском районном суде Херсонской области судили уже осужденного Александра Дедеша за преступление, совершенное им до вступления в силу приговора суда по новому преступлению.
Суд снова признал Александра Дедеша виновным в хранении наркотиков, приговорив его к одному году ограничения свободы, а поскольку он уже осужден, то этот срок не был приплюсован к «хулиганке». На основании ч. 4 ст. 70 УК Украины путем поглощения менее строгого наказания, назначенного за это преступление, более строгим наказанием, назначенным по приговору Скадовского районного суда Херсонской области от 21.01.2011 г., окончательно было назначено наказание в виде трех лет лишения свободы, и в срок отсиженного суд засчитал отбытое и в СИЗО, и по «хулиганке». На апелляционную жалобу прокуратуры Апелляционный суд Херсонской области снова отправил дело на новое судебное рассмотрение опять-таки новым составом суда. Дело попало в Каланчакский районный суд Херсонской области (в Скадовском районном суде «закончились» судьи) к судье Игорю Максимовичу. 24 января 2013 г. суд под председательством Игоря Максимовича в третий раз приговорил Александра Дедеша к одному году ограничения свободы и, путем поглощения менее строго наказания более строгим, окончательно назначил наказание в виде трех лет лишения свободы, засчитав в срок отсиженного те же месяцы СИЗО и отбытое по «хулиганке». Плюс постановил оплатить проведенные экспертизы на сумму около 500 грн., оплаченные уже в 2010 г. И если бы история на этом закончилась, эту статью не стоило бы и писать. Но спустя неделю, 1 февраля 2013 г., Игорь Максимович вынес постановление, которое нельзя не процитировать: Резолютивная часть приговора Каланчакского районного суда Херсонской области от 24 января 2013 г. по делу №2112/801/2012 в отношении Дедеша А.К. усложняет исполнение приговора, поскольку в назначенное наказание ошибочно была включена мера наказания, ранее отбытая Дедешем А.К., а потому подлежит уточнению». Каким образом резолютивная часть усложняет исполнение приговора? И для кого? Возможно, такой незамысловатой фразой судья хотел объяснить, что Александр Дедеш пересидел назначенный ему срок, а это, в свою очередь, означает, что государство должно будет компенсировать ему незаконное лишение свободы. И за это кто-то должен будет ответить. Такие себе сложности.
В результате «уточнения» из резолютивной части приговора в качестве отсиженных были исключены почти полтора года ареста, проведенные Александром Дедешем в СИЗО с 2008-го по 2010-й, как будто их никогда и не было.
Нельзя сказать, что суды никогда не выносят вдогонку постановления об изменении резолютивной части приговора. Так бывает. В большинстве случаев эти постановления исправляют ошибки, а также уточняют детали. Например, в приговоре не указано, как следует поступить с вещественными доказательствами по делу (например, наркотики), и тогда суд выносит постановление, которым определяет дальнейшую судьбу вещдока. И все равно, даже в нашей коррумпированной судебной системе, такие постановления не приветствуются. Но изменить приговор… Лично я и все мои знакомые адвокаты с таким случаем столкнулись впервые.
Сейчас Александр Дедеш условно-досрочно освободился. Система правосудия не перестала смеяться ему в лицо даже на свободе. Суд дал ему один год милицейского надзора по ст. 309 УК Украины, за которую он отсидел еще в 2010 г., пересидел в 2011–2013 гг. Такой себе третий срок за одно и то же преступление. После освобождения, у Александра Дедеша не осталось ничего — ни семьи, ни дома, ни работы. И с надзором по месту прописки в далеком селе Херсонской области он вряд ли сможет ее найти. Выбор, конечно, всегда есть: умирать с голоду или же пойти на широкую дорогу преступного мира. Но в 62 года идти туда уже не хочется. Другое дело, что у судей и прокуроров есть свои желания, и пока что в стране в приоритетности именно они.
Максим Шпаченко для «Зеркало Недели

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *